атаку заранее, расположился ближе к створу тоннеля. Хех и Бобби расположились по бокам, причем Бобби, как самый опытный, взялся прикрывать от атак Карла с Хаухет.
— Живущий под кровом Всевышнего под сенью Бога небесного покоится, скажет Господу: ты — защита моя, прибежище мое, на тебя уповаю, — боевик воспользовался живым голосом, не доверяя цифровой связи. — И избавит он тебя от сети ловца и от язвы гибельной…
Вячеслав Соловьев вместе с Малколмом подумали, что естественные звуки демаскируют мистера Пескаторе, а по отражению волн противник может определить положение каждого из обороняющихся. Но специалисту в прямом контакте было виднее.
Малколм-Хех покопался в своей памяти. Бобби цитировал псалмы Новой Реконкисты, как если бы сам являлся рыцарем Последнего Храма. Какую ветку моделирования на стороне противника запускали эти псалмы? Как аналитик, Малколм попробовал представить ход рассуждений группы поддержки на стороне Логистического Союза и усмехнулся.
Появление реконкистадоров на штурмуемом объекте вносило помехи в модель. На месте оператора, получившего сведения только о трех отстреливающихся, Малколм предположил бы, что это авангард, который поставлен сковать нападающих пока основная группа радикальных неокатоликов готовит ответный удар.
Если в темноте тоннеля и скрывались морпехи, после раскатистого речитатива Бобби, они предпочли отправить перед собой новый рой беспилотников.
Ловко, подумал Соловьев, слушая как мистер Пескаторе читает псалом. Но они все равно нас задавят.
Перьями Своими осенит тебя, и под крыльями Его будешь ты безопасен; щит И Ограждение истина Его.
А еще он вызывает огонь на себя, догадался Соловьев, на мгновение вспоминая себя Сильвером, а Бобби — одним из своих последователей, агентом Бором.
К сожалению, передать технологию распределенной памяти другим мужчинам Соловьеву так и не удалось. Как он ни старался, на выходе получался Сильвер, а не кто-то другой. Каким-то мистическим образом русскому нейроархитектору удалось впечатать в формат кодируемой памяти, самого себя. А может он запутался и прошел мимо методов, которые могли бы очистить записываемую память от памяти изобретателя о своем прошлом.
Память Бора, как и многих других агентов, хранилась на одном из тайных серверов. Если бы только их можно было записать в память кому-то еще.
Надо изучить решение Валерии, решил Соловьев, надеясь, что его нынешнему телу удастся вырваться из зоны помех, выставленной Корполом.
А затем вдали загудело и пришло время стрелять.
Нападающие сделали выводы из данных, полученных по результатам предыдущей волны. Оптимальным им показалось решение задавить защитников массой. Когда дронов много, а максимальная плотность стрельбы вычислены, это беспроигрышная стратегия.
Как жаль, успел подумать Соловьев, расстреливая свой боезапас. Флора с Карлом, перспективный алгоритм Барбат, возможно способный дать вторую жизнь всем погибшим агентам Сильвера — все это останется под землей вместо того, чтобы изменить мир.
— Воззовет ко Мне, и услышу его; с ним Я в скорби; избавлю его и прославлю его, долготою дней насыщу его, и явлю ему спасение Мое, — пробился сквозь грохот стрельбы в замкнутом помещении голос Бора.
А затем выстрелы сменились взрывами, от которых Малколм потерял сознание, увлекая в безмысленную темноту того, кто был его частью.
71
— …благодарен всем, кто сопровождал меня на этом пути. У меня нет каких-либо распоряжений, относительно своего имущества, поскольку оно находится на территориях корпорации “Карфаген Индастрис” и, наверняка, будет арестовано по ложному обвинению в промышленном шпионаже.
Свои счета в нейтральных банках завязаны на биометрию. С ними, после подтверждения моей смерти, поступят в соответствии с файлами последней воли, также хранящимися на серверах корпорации.
Прямо в голову Карлу, который еще не разобрался с тем, насколько он Сильвер, а насколько Карлсон, пробивался отстраненный монотонный голос из базовой библиотеки озвучки стандартных мужских реплик.
— И да, надо дописать, пока есть время, а то неизвестно, получится ли уцелеть во всей этой авантюре. Хех, Хаухет, я хотел бы извиниться. Вы подчинялись моим распоряжениям — именно они сделали нас изгоями. Очистить вашу репутацию будет нелегко, но я чувствую себя обязанным оказать вам в этом деле максимальную поддержку.
По ссылке, которую вы получите вместе с этой записью, сетевой архив с материалами, которые должны попасть к высшему руководству “Карфаген Индастрис”, минуя Валерию Барбат или ее подчиненных. Собранного мною компромата…
Карл открыл глаза, но вокруг было темно. Пришлось включить адреалиновые очки, чтобы разглядеть ползающего на четвереньках Хеха и мрачного Бобби, который склонился над источником передачи.
Флора-Хаухет молча сжала руку головолома.
— Я вижу, все в сознании, — констатировал Бобби. — Надо срочно уходить. Следующей атаки мы точно не переживем.
Карлсон попытался встать на ноги, но бедро неожиданно отозвалось ноющей болью, а выскочившее в расширенной реальности сообщение проинформировало о двух осколочных ранениях.
Флоре подъем дался гораздо легче: встав на ноги она помогла перейти в горизонтальное положение головолому.
— Быстрее! — неожиданно резко потребовал Бобби. Карл впервые услышал, как вечно спокойный боевик нервничает.
— Что со Свеном? — спросила Флора, не находя безопасника в сети.
— Он находился ближе всех ко входу в тоннель, — коротко отозвался мистер Пескаторе, выпрямляясь и подхватывая карабин. — Ему досталось много больше осколков чем каждому из нас.
— Я, Свен Хансен, находясь в здравом уме, твердой памяти, без каких-либо программно-аппаратных ограничений волеизъявления…
Карл сделал пробный шаг, отозвавшийся ноющей болью в ноге и головокружением. Теперь ему стало видно лежащее возле автопогрузчика медленно остывающее тело, чип которого, на остатках энергии, транслировал в режиме непрерывного воспроизведения закольцованную запись.
— Хорошие люди не должны умирать первыми. Их место в конце списка. Или вовсе, за пределами, — сказал Бобби, перед тем как похромать в сторону диспетчерской.
— Он единственный из нас, кто мог уйти в любой момент, — вздохнул Хех, в котором Карл теперь видел Соловьева.
— Вот стоит только обзавестись по настоящему хорошим начальником…
Флора ограничилась цифровой репликой, не желая расплакаться там, где еще предстояло путешествие. Девушка подошла к Карлсону и предложила помощь в передвижении. Карлсон не стал отказываться.
Неизвестно по какой причине морпехи упустили момент, когда можно было прикончить всю группу парой-тройкой не самых мощных дронов.
— Как вам удалось отбиться? — поинтересовался Карл, доковыляв до тяжелой металлической двери, которую придерживал аналитик. Обломки дронов то и дело хрустели под ногами. Их было слишком много для того, чтобы оставить данное обстоятельство без вопросов. — И почему нас не атакуют?
— Я когда-то был неплохим хакером, — казалось, Соловьев начал говорить по-другому, не так как в образе Хеха-Малколма. Хех был лаконичен, Вячеслав — словно наслаждался возможностью произнести что-то вслух и по своей воле.
— А тут получил доступ к местному суперкомпьютеру и скопировал к себе столько боевой цифры, сколько поместилось. Ну и применил по отношению к
